ДРЕВНЯЯ РУСЬ И ВЕНГРИЯ

Под 1217 г. в нем зафиксирован такой казус. Несвободные «castren-ses» села Ban, приписанные к е.амку Крашна, обязанные снабжать его продуктами и выполнять другие повинности, заявили о группе местных жителей, будто те суть их «concives». Видимо, подзамковая челядь хотела привлечь их к выполнению своих повинностей. Но те ответили, что они — свободные люди, родом русские, и в доказательство сослались на своего родственника по имени Chedur (Федор). Дело дошло до суда, по решению которого было прибегнуто к испытанию каленым железом. Федор пронес каленое железо и тем доказал свободное состояние своих сородичей. Заметим, кстати, что испытание каленым желевом — норма, хорошо известная и древнерусскому праву.
Итак, русюко-свенгерские отношения восходят ок истокам обоих государств. Сперва Киев, а затем и Волынь находили в Венгрии союзника в соперничестве с нере1мышлыако-теребовльакими князьями. Русско-венгерский союз содействовал борьбе этих стран с Византией ва упрочение ОБОИХ позиций в Причерноморье и на Адриатике; наконец, русско-венгерско-польский союз оказал положительное влияние на исход борьбы Польши и Венгрии с имперской политикой Германии.

ДРЕВНЯЯ РУСЬ И ВЕНГРИЯ

Союз волынско-киевского князя с Венгрией, однако, не пострадал. В 1102 г. была заключена венгерско-хорватская уния, территория, подвластная королю, намного увеличилась, и Венгрия получила выход к Адриатике. Вместе с тем, отстаивая унию, она вступила IB вековую борьбу с Византией и потому была кровно заинтересована в союзниках против нее на Руси. Вслед за договором 1102 г. с Польшей Святополк Изяславич скрепил в 1104 г. свой союз с Венгрией, выдав дочь Предславу «в Угры за ко-ролевичъ», т. е., видимо, за терцога Альмоша, близкого родственника Кальмана. Поздняя традиция (связывает с именем этого короля появление русского отряда королевских телохранителей — «русские [его] королевского величества» (Rutheni Regiae Majestatis), которые были поселены IB «русском городе» Оросфале; оставаясь лично свободными людьми, они охраняли входы и ворота (королевской резиденции. Если это правдоподобное известие верно, то можно предполагать, что с потерей «русского корпуса» Византией юн появился в Венгрии.
Не (задаваясь целью решать сложный шопрос о давности русских поселении в Венгрии, хочу обратить внимание на один источник, проливающий свет на присущие им правовые нормы. Речь идет о Варадинском ре-гестре, в котором помещены протоколы за 1208—1235 гг. о случаях «божьего суда» (judicium Dei) посредством испытания каленым железом (Regestrum Varadinense examinum forri condentis).

ДРЕВНЯЯ РУСЬ И ВЕНГРИЯ

Волынско-киевский великий князь Святополк (1093—1113) дорожил венгерским союзом, который использовал против Перемышля и Теребовли. Едва ли широкие планы тамошних князей относительно Северного Причерноморья радовали (венгерского короля. Можно думать, что Святополк и Ласло I (1077—1095) заключили какое-то соглашение по борьбе со степняками, ибо действия Руси против кочевников прямо отражались на Венгрии, которая имела среди них союзников. В войне против Генриха III король Андрей I прибегал к помощи печенежской рати (1052 г.); Геза I использовал рать хана Солтана против поддержанного немцами Шаламона (1074 г.). Печенежские и половецкие набеги задевали Венгрию. Степь интересовала и перемышльских Ростиславичей, и вполне возможно, что именно при их участии половцы в 1092 г. напали на Венгрию, вызвав поход Ласло I на Русь, закончившийся, по данным хроник XIV в., полной победой короля.
Ростиславичи, отстаивая самостоятельность своей земли от Киева, не имели мира ни с Польшей, ни с Венгрией; естественно, они тяготели к союзу с Византией, втянутой в тяжелую борьбу с половцами. Зато Святополк, готовясь вооруженной рукой подчинить Перемышль, опирался на польско-венгерский союз. Его сын Ярослав женился (до 1091 г.) на дочери короля Ласло I; прочными были и его отношения с Кальманом (1095—1116). Вот почему, потерпев поражение на Рожни поле, он отправил сына к королю, «,вабя угры» на Володаря Ростиславича. Ярослав в 1099 г. привел рать Кальмана, с которым были и два епископа — Кунан и Лаврентий. Венгры (стали под Перемынышм, где заперся Володарь. Давыд Ж1е Игоревич добрался через его владения до степи и привел 30-тысячную рать хана Боняка. В битве иод Перемышлем половцы разбили венгров но частям, что отразилось в победной половецкой песне, обработанной нашим литописцем. По слухам, половцы убили до 40 тыс. ветров, в их числе и епископа Кунана, и «от бояр многы». Это событие довольно причудливо отразилось и в более поздних венгерских хрониках. Перемышльско-теребовльскаи (будущая Галицкая) земля отстояла свою самостоятельность от Киева.

ДРЕВНЯЯ РУСЬ И ВЕНГРИЯ

В эти годы (в Венгрии правил союзный Генриху III король Петр (1038—(1041, 1044—1046). Его соперник, сын уже известного нам герцога Ласло, будущий король Андрей I (1046—.1061) укрывался вместе с братом Левантом в Польше, затем искал прибежища на Волыни, но тамошний князь (это мог быть Игорь Ярославич) их не принял, видимо, опасаясь Петра, и они ушли йк половцам.
Потом они якобы вернулись на Русь, откуда Андрей и был приглашен венгерской шгатъю на трон. Он женился на дочери русского князя, как полагают, Анастасии (Агмунде) Ярославне, с именем которой связывают основание двух православных монастырей — у Вьпптарода и в Тормове (комитат Бихар); в последнем нашли убежище монахи Сазавско-го монастыря, изгнанные ЙВ 1055 г. из Чехии за принадлежность к право-славию.
Переход власти к союзному Русл королю Андрею I вызвал противодействие Генриха III, однако начатая им с Венгрией война была чроиграна (1052 г.). Когда королем сделался Бела I (1061—1063), венгерский вопрос, кажется, стал: предметом каких-то русско-немецких переговоров: спасаясь от преследований, Анастасия Ярославна вместе с сыном Шаламоном нашла убежище в Германии (1061 г.), откуда послы Генриха IV (1056—1106) посещали ее брата великого князя Изяслава.
В пору борьбы между преемниками Ярослава Мудрого, осложненной обособлением иеремышльско-теребовльсших князей, мы наблюдаем взаимное стремление Ярославичей и Аршадо: в использовать союзные отношения в борьбе за власть. Уже будущий король Геза I (1074—1077), выступавший против союзного Германии Шаламона I (1063—1074), направил в 1072 г. на Русь ((видимо, к Изяславу Ярославичу) своего брата, будущего короля Ласло, с посольством «просить помощи своих друзей». Но тогда на Руси назревал новый конфликт Волыни с Черниговом изнза Киева, и помощи он не получил.

ДРЕВНЯЯ РУСЬ И ВЕНГРИЯ

Можно думать, что с догосударственной поры имела связи с венграми Древлянская (Деревская) земля (подобно тому как Словенская — со скандинавами и эстами, Радимичская — с поляками и т. д.), и потому ее князь Святослав Владимирович (быть может, даже женатый на венгерской герцогине) искал в 1015 г. спасения в бегстве на родину жены, но люди Овятополка Святославича схватили его где-то на пути «ко горе Угорьстей», т. е. в Перемышлъской земле. Деревская же земля с этого времени прочно вошла в состав собственно Киевской.
В правление Ярослава Мудрого, враждуя с Византией и имея сложные отношения с европейскими соседями, Русь старалась Сохранить союз с Венгрией, хотя это не всегда удавалось. В 1016—1018 тт. Русь поддерживала Германию и союзную ей Венгрию в их войне с Польшей. Охлаждение отношений наступило после заключения польско-немецкого договора в Будишине (1018 г.) и последовавшего зa ним польско-венгерского мира. К походу на Русь в 1018 г. Болеслав Храбрый сумел привлечь и ВеН-герскую нолутысячную рать и во время польско-немецкой воины 1029—1031 гг. Русь и Венгрия были в разных лагерях: первая имеете с Германией воевала против Полыни, которую поддерживал король Иштван I. Любопытно, однако, что его сын Имре носил титул «русского герцога». «Русский герцог» — это, как установил Д. Дьерффи, «dux exercitus regis», состоявшего из руссов, а сам термин «русский» (orosz) имел в средневековой венгерской традиции еначение вооруженного королевского стража.
Затем отношения с Венгрией наладились. Ярослав Мудрый, не получив помощи Генриха III (1039—1056) в византийском походе, противопоставил его имперской политике свои союзы с Польшей, Венгрией, Скандинавией, Францией и Византией.

ДРЕВНЯЯ РУСЬ И ВЕНГРИЯ

Мирно миновав со своим народом подвластные Руси юго-западные земли (о чем сохранились сведения и в венгерском придворном предании, изученном В. П. Шушариным), венгерские короли должны были стать естественными союзниками киевских князей в их византийской, немецкой, чешской и польской политике. Летопись знает, что вновь возникшее государство вступило в борьбу и ic Византией, и с Великюморавской державой. В духе этой исторической справки при киевском дворе подобраны и остальные известия из хроники Амартола и его продолжателя о Венгрии. Они отражают тщетные попытки Византии исиользшать Венгрию против Болгарии: венгры побеждают и болгар, и византийцев. Под 902 г. сказано, что император Лев VI (886—912) «ная угры на болгары [с их царем Оимеоном с 894 г. шла война]. Уре же нашедше, нею еемида болгароку плегаоваху», разбили Симеона, который едва успел бежать в Дереотр (Силистрию). Летопись, однако, умалчивает о том, что Болгария уцелела, присоединив часть Македонии и Албании, что результаты болгаро-византийской (войны закреплены ,в договоре 927 от. Зато отмечены прямые выступления венгров против Византии в 934 г., когда они впервые пошли на Константинополь и «пленоваху всю Фракию», а император Роман Лакапин (919—944) тогда же, а в 943 г. еще раз заключал с ними мир. О победе над венграми в 933 г. войск германского императора Генриха I Птицелова (919—936) и в 955 г. нэ р. Лехе войском Оттона I (936— 973) и чешского Болеслава I (935—967) летопись не сообщает.
Ввиду сказанного не удивительно, что болгаро-византийский доход Святослава в 970 г. проходил в условиях какого-то дружественного со-глашения с одним из венгерских предводителей времен короля Таксоны (947—972): венгры сражались в русском войске. Контакты продолжались— представители и Руси (Святополка Святославича), и Венгрии участвовали в 973 г. в Кведлинбургском съезде князей, созванном Оттоиом. Во времена Владимира Святославича был мир и договоры — «любы» с королем Ишпваном I Арпадом (997—1038) , чему не противоречит и участие « 1004 г. Венгрии (в союзе с Чехией PI Германий) в войне против Польши. Двоюродный брат Иштвана I — герцог Лаюло Gap — был женат на русской, как полагают, Предшаве Владимировне.
О тесных связях русской «и венгерской дружин свидетельствует и служба венгерской знати при русских княжеских дворах. У роотовюдаго князя Бориса Владимировича был младший дружинник-пфспйк Георгий «родом сын угъреск»; князь его любил и «възложил на нь гривну штату велику» (т. е. пожаловал придворным вассальным чином), ив которой тот «предъ-стояше пред ним»; он погиб на р. Альте, защищая князя. Брат Георгия Ефрем служил главным конюшим при том же князе. Их третьим братом был известный информатор летописца Моисей, вероятно, в числе придворной дружины Предславы Владимировны попавший в польский плен. Не будет слишком смелым предположить, что традиционный суздальско-венгерский союз зародился в это время.

ДРЕВНЯЯ РУСЬ И ВЕНГРИЯ

Отношения Древнерусского государства с венграми установились, вероятно, еще в пору их кочевания в причерноморских степях, откуда они совершали походы в глубь Европы, например IB 862 г.; в 892 и 894 гг. венгерские отряды помогали восточнофранкскаму императору Арнульфу (887—899) в войне против великоморавсюого окишя Святоплука. Урегулирование отношений с венграми было, по-видимому, делом непростым, ибо как кочевники они не раз тревожили оседлых славян, о чем сохранились свидетельства арабских и персидских авторов IX—X вв. Но русско-венгерские отношения существовали и (крепли: летопись не оставляет сомнений в устойчивых русско-венгерских торговых связях во времена не только Святослава, но и Олега.
В нашей летописи имеется историческая справка (датируемая второй половиной XI в.) о «происхождении Венгерского государства, составленная в дружественном духе, легко объяснимом тесными отношениями между двумя странами. Летопись кратко, но отчетливо характеризует общественный строй венгров и отмечает их уход BIO времена Олега на новую родину, где они создали свое государство. «Идопга угры мимо Киев горою, еже ся зовет ныне Угорьское, и пришедыне къ Днепру, сташа вежами; боша бо ходяще, аки се половци». Эта запись под 898 г., навеянная топонимическими преданиями, в общем достоверна. Пройдя в конце IX в. через «горы Угорьскыа» на новые места, где издавна жили славяне, затем подчиненные влахами Римской империи, которые «прияша» их землю, венгры в свою очередь «почаша воевати на живущая ту волохи и словени». Они «прогнаша волъхи» и «наследиша землю ту и седоша съ словеяы, покоривше я под ся». Вот «оттоле прозвася земля Угорьская»,— заключает летописец.

О ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ ВЛАДИМИРСКОГО ЛЕТОПИСЦА

Хронология Владимирского летописца, как и Троицкой летописи, с 586 (6493) по 945 (6453) г. идет на один год позже по сравнению с Лаврентьеесжой летописью. В дополнение к указанным выше общим особенностям отметим еще несколько.
881 (6388) г. Повторено известие, что Олег оставил в Смоленске «боярина своего» (в Лаврентьевской: «Посади муж свои»).
906 (6414) г. Поход Олега на Греки (в Лаврентьевской: 907 (6415) г.) а теисте о дани, требуемой Олегам с треков, одинаковые чтения: «Да бы не воевал гражан по пристанищу», «Заповеда Олег... 12 гривен на ключ», «Дань емлют, елико, хотят»|27 (в Лаврентьевской: «Дабы не воевал Гред-кые земли», «По 12 гривен на человек», «Емлют, елико хотяче»).
1016 (6524) г. Повторено чтение: «Аще не пойдет с нами, то сами его логуоим» (в Лаврентьевской: «Аще кто не пойдет с нами, сами нотнем его»).
1053 (6561) г. Упоминается пятый «сын Ярослава — Игорь — и передача ему Владимира, о котором в Троицкой летописи, по сообщению Карамзина, было написано внизу другой рукой (в Лаврентьевской эшги упоминания нет;.
106-8 (6576) г. Имеется близкое чтение: «А Всеслав седе в Киеве 7 месяць».
При реконструкции Троицкой летописи М. Д. Приселков широко использовал показания «Примечаний» Карамзина, особенно после 906 г., когда они становятся единственным источником подлинного текста утраченного памятника. Но ввиду того, что Карамзин во многих случаях не ос -тавил прямых указаний на используемый им источник, М. Д. Приселкюву пришлось провести трудоемкую работу по выявлению текстов Троицкой летописи, в частности, методом сравнений и исключений, ограничиваясь нередко только предположением. Мй-югие из них обоснованны и убедительны, другие требуют дополнительных подтверждений. Не последняя роль здесь может принадлежать Владимирскому летописцу. Правда, что касается наших сомнений по поводу тех или иных предположений и утверждений М. Д. Приселкова относительно реконструкции отдельных фрагментов (статей летописи (по примечаниям Карамзина, например), то здесь роль Владимирского летописца довольно ограниченна из-за его больших сокращений и некоторых дефектов. Владимирский летописец дает новые доказательства принадлежности общерусскому своду XV в. большого комплекса известий и чтений.
881 (6389) г. Чтение «уведа Олег» место распространенного «увиде Олег» (Е тексте: «И приидоста К горам Кишским») отнесено М. Д. При-селковым к Троицкой летописи. Это чтение повторено во Владимирском летописце.
986 (6494) г. Текст на 11 листах харатейных списков, извлеченных из Библии, отнесен к Троицкой летописи. Это извлечение полностью читается в летописце (со слов: «И нача философ гааголати сице»).
1016 (6524) г. Указание на харатейные летописи: «Ообрав Варягов 1000, а прочих 40 000» — отнесено к Троицкой летописи. Тождественное чтение имеется в летописце.
1019 (6527) т. Указание на летописец: «Он же в немощи лежа, овхопив-ся глаголанге: о се женут»—отнесено к Троицкой летописи. Очень близкий этому текст дает Владимирский летописец.
1021 (6529) г. Чтение текста: «И нришедпгу ему к Судшге реце, Ярослав 1вьшде из Кыежа и IB седьмые день поютиже и ту» — отнесено к Троицкой летописи. Сходное этому чтение, включая название реки — Судома, содержит и летописец.
Некоторые общие [варианты чтений Лавреитьевской и Троицкой летописей, сообщенные Карамзиным, повторяются но Владимирском летописце. Это относится и к сведениям, которые имеют древние традиции в передаче текстов (включая и ошибки). Так, во всех трех памятниках указано, что в 955 (6463) г. греческим царем был Цимисхий. В Радзивилловской л других летописях эта ошибка исправлена (названо имя Константина).
Большой интерес может представить (сравнение текстов (Слиска «Повести» Владимирского летописца с ее списком Лаврентьевской летописи с целью выявления свойственных первому особенностей и отбора некоторых чтений, которые по характеру могут быть связаны с древними традициями. Но это является темой другой статьи. Первое предварительное сравнение показывает, что список «Повести» Владимирского летописца, как мы видели и по вводной части, имеет самостоятельное -значение, поскольку изложение ряда (статей дается в иной редакции; он имеет отклонения в их чтениях от близких летописей, свои варианты в датировке известий. В то mie время наблюдается сходство чтений с Лаврентьевской и Радзивилловской летописями. Список «Повести» Владимирского летописца представляет новые возможности для изучения прошедших длительную обработку первоначальных текстов Начальной летописи. Безусловно, важно будет определить место списка «Повести» Владимирского летописца в родственной группе ее кшисиов так называемой второй редакции. При этом также необходимо будет обратить внимание на ярко выраженную и систематическую связь всего летописца с новгородским источником типа известий Новгородской четвертой летописи.

О ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ ВЛАДИМИРСКОГО ЛЕТОПИСЦА

Хронология во введении дана в основном в александрийском исчислении, в ней нет внутреннего соответствия, в том числе болгарской и русской частей (при едином отсчете от 7 собора — 6296). Она составлена по крайней мере из двух источников. Начало царства Михаила определено 857 (6357) г.— почти верно, если учитывать период его самостоятельного правления (с 856 г.). На один год раньше, т. е. 878 (6378) г., отсчитано и начало княжения Олега, отстоящее, по данным хронологического расчета, на 17 лет от начала княжения Рюрика, который княжил 65 лет спустя после 7 собора. Даты о крещении Болгарской земли, от Михаила до Рюрика и Олега, и другие находятся и при переводе их па византийское летосчисление вне связи с предыдущими хронологическими показаниями. Вероятно, эти даты приведены из другого источника. Крещение Руси отсчитано от 6405 г. —даты «преложения» книг. К этой дате прибавлен 91 год, и, следовательно, крещение Руси при исчислении от сотворения мира определяется 988 (6496) г. Даты хроники т. е. второй части «Повести», читаются во Владимирском летописце по византийскому исчислению, кроме, очевидно, первой даты «о начале царства» Михаила, которая дана в александрийском. Это 6362 (862) г. Под 6362 г. положено «начало земли Русской» также в Новгородской первой летописи. Б. А. Рыбаков считает, что исходная дата хроники «Повести» означает не начало царства Михаила, а становление первых русских княжений и связана с первым упоминанием о Руси в греческих источниках по поводу похода русов на Константинополь в 860 ,г., который отмечен в начале хроники известных нам списков «Повести». Во Владимирском летописце это известие в связи с перестройкой материала выпало.
Что касается географических известий о пути из «Варяг в Греки», то они носят четко выраженный характер вставки, несколько сокращены, имеют следы поздней обработки: Нева уже названа вместо «устья» рекой, после слов «потечет Волхов» вставлен текст «на том Волхове стоит Великий Новгорода, опущен последний абзац («А Днепр втечет в Понетьское море...») с примечаниями, связанными с легендарным путешествием апостола Андрея в Русь, которое читается в хронике изучаемого списка «Повести».
Начальный текст хроники летописца, который отсутствует в Троиц-кой летописи и посвящен расселению славян, прерывается на словах: «И от тех прозвася грамота Словенская» (здесь нет и описания пути из «Варяг в Греки»)—и вновь восстанавливается со слов: «Прилучению, прииде святыи апостол Андреи по Днепру и ста под горами на брезе». В этом месте имеется дополнительная запись о новгородском старейшине Гостомысле (Гостомиле—в рук.), которая связывается с новгородским источником и отсутствует в Лаврентьевской летописи. Подобная запись читается в поздних летописях, но, как принято считать в литературе, по происхождению она довольно древняя.
В хронике Владимирского летописца нет начала описания путешествия Андрея в Русь, как и в Троицкой летописи. В обоих памятниках это описание начинается с общих слов: «По мнозех неколице временех и лет, еже есть по воплощении Христове... прилучению...» Здесь кончается большой пропуск в Троицкой, т. е. вновь появляется возможность сравнений с ней Владимирского летописца. В обоих памятниках описание племенных княжений прерывается в одном месте — в рассказе о древлянах («кости вкла-даху в сосуд»), отсутствует текст с описанием попытки хазар подчинить Полянское княжество.
Погодные записи начинаются в летописце 859 (6367) >г. со статьи о взимании со славян дани варягами и хазарами. Эта статья сохранилась в Троицкой летописи частично, с указанием об обложении данью («по бе... и но веверици от дыма») полян, северян и вятичей. Неясный текст об установленной хазарами дани BO Владимирском летописце читается так: «По белки с дыма и по веверици». Д. С. Лихачев подчеркивает важность правильного прочтения этого места, имея в виду его нечеткую передачу в сохранившихся списках «Повести». В Лаврентьевской и других летописях спорное место изложено словами: «По беле и веверице от дыма». Чтение Владимирского летописца новое и необычное, но оно может быть только правкой неясного текста летописцем XVI в. При перечислении племен, с которых бралась дань варягами, в летописце опущена чудь. Напомним, что А. А. Шахматов считал упоминание в описках «Повести» под 859 г. племени чудь вставкой.
Под 860 (6368) г. идет сокращенная статья о походе Михаила на Болгарию и крещение Бориса. Этой статьи в Троицкой летописи нет, в Лав-рентьевской юна дана под 858 (6366) г. Интересно, что поход Михаила помечен 860 гг. у Симеона Логофета.
Начало (Статьи 862 (6370) г. о призвании трех братьев варягов совпадает c чтением Новгородской первой летописи: «Въста Новгор10дни и Кривици и Меря и Чудь на Варяги...» В Троицкой и Лаоврентьевкжой летописях в этом месте имеется другой текст: «Изгнапга Ва|ряги за море...» В статье 862 ir. Владимирского летописца имеется еще один вариант, которого нет в Троицкой. В общем но сравнению с Троицкой летописью в тексте статьи: «И же сице звахуся Варязи, яко исии, другии зовутся ум-ране...» — в летописце после «звахуся Варязи» опущено слово «Русью». Этот вариант указан Карамзиным как выписка слов Нестора о Руси. В Новгородской первой летописи нет обоих мест («к Руси» и «Русью»). В той же статье установлен пропуск в Троицкой летописи части текста между словами статьи «земля наша» и «велика и обилна». Во Владимирском летописце это место имеет дополнительное слово «добра», и текст читается так: «Земля наша добра и велика и обилна».
В последнем указано также название города, где княжил Рюрик (Нов-город). В Троицкой слова «с.еде Новегороде» являются добавлением к слову «Рюрик». Чтение текста Троицкой: «И от тех нроввася Русыская земля... беша Словене» — взято предположительно в одном из примечаний Карамзина; эта редакция находит аналогию в летописце. Анализ всех последующих датированных статей Владимирского летописца вплоть до окончания «Повести» (1110 г. в редакции Лаврентьевюкой летописи) позволяет говорить о их большой близости, ЕВ некоторых случаях переходящей в тождественность текстов. И несмотря на сокращение многих статей «Повести» во Владимирском летописце, общая картина (сходства обоих памятников не вызывает никаких сомнений.

О ПОВЕСТИ ВРЕМЕННЫХ ЛЕТ ВЛАДИМИРСКОГО ЛЕТОПИСЦА

Текст основной части Начальной летописи начинается во Владимирском летописце изложением истории расселения славян, со слов «Бысть язык Словенеск, от племени Афетова», далее идут легенда об апостоле Андрее, сведения о Киеве, характеристика славянских племен (в сокращении). В Лаврентьевской летописи эти статьи входят в состав вводной части. Затем следуют летописные статьи с разделением на годы (с пропуском хронологического расчета, который вписан в текст вводной части).
Структура построения «Повести» Владимирского летописца почти до датированных статей не повторяется в Троицкой летописи, так как последняя дефектна в этой части, имеет значительный пропуск, в частности, в ней нет окончания сказания о разделении языков, сказания о «прародине» словен и их расселении, описания пути из «Варяг в Греки» и начала пути апостола Андрея из Синопии до места будущего Киева. Учитывая особую близость Владимирского летописца и Троицкой летописи и прежде всего СПИСКОЕ «Повести» в их составе, включая некоторые их общие специфические особенности, нельзя не считаться с построением и содержанием Начальной летописи в первом памятнике при продолжении изысканий и уточнений текстов по нссохранившемуся важному источнику XV в. Обращает внимание и сам характер структуры введения и начало основной части, или хроники, как ее характеризует Б. А. Рыбаков, Начальной летописи Владимирского летописца. Изменение названия «Повести», включение в состав вводной части хронологического расчета от сотворения мира до первых русских князей и перенесение всех статей по начальной истории славян во вступление «Летописца Руския земли» придают новую последовательность изложению материала (за исключением статьи, содержащей описание пути «из Варяг в Греки»), определенность и четкость проводимой летописцем здесь идеи о связи истории Руси с общими славянскими и мировыми событиями.
Особо следует отметить содержание хронологического расчета изучаемого списка Повести временных лет. Расчет от сотворения мира начинается после слов: «По сем разыдоша людие по земли на 70 стран и две страны, толико же и язык». В него из библейской легенды введены хронологический отсчет от Адама до потопа и от потопа до разделения языков, византийские статьи по церковной истории, родословие по евангелию. Он занимает восемь листов летописца в рукописи ж близок в этой части тексту «Летописца Никифора въскоре». Интерес представляют в нем хронологические данные по истории славян и Руси, где отсчет лет ведется не только от византийского императора Михаила, но также от Константина и вселен-ского собора в Константинополе (6296). После общих с «Повестью» Лав-рентьевской летописи СЛОЕ хронологического расчета — от Константина до Михаила («лет 542»—в «Повести» Владимирского летописца читается другой текст, который вновь заканчивается параллельным известием: «От Михайлова царства до первого лета Олгова княжения 29 лет». В ней нет обычного перечня русских княжений после Олега. Имеется только заключение: «И от сих расплодишася князи русстии и великое княжение в Рускои земли». Что касается текста хронологического расчета, который отсутствует в «Повести» Лаврентьевской летописи, то в нем содержатся данные, непосредственно связанные со «Сказанием о грамоте Словенской».
Кроме сведений по хронологии «Преложония» книг на славянский язык, во введении «Повести» Владимирского летописца есть хронологические выкладки из истории крещения славян, в том числе «Русской земли»: «От Михаила царя до крещения Болгарьския земли 17 лет», «а от крещения Болгарскаго до преложения книг Болгарску языку и Словенску лет 29, а от преложения книг до крещения Русской земли лет 91». Объединение в расчете лет текстов о крещении славян, Руси и славянской грамоте могло быть произведено не рукой летописца XVI в., а иметь более древние традиции. К собственно начальной истории Руси относится затем отсчет: «От начала Михайлова царства до начала Люрикова княжениа Руси 10 лет. Л от 7 сбора до начала Люрикова княжения Руси 65 лет. Люрик княжил 17 лет, умре. А по нем княжи Олег...»
Конец этой записи об Олеге читается так: «Не княжа роду и дасть ему сына своего Игоря на руне, еще обо бе Игорь детеск мал». Под 879 г. в статье о смерти Рюрика и передаче княжения Олегу эта часть записи повторяется, но с указанием, что Олег Рюрику «от рода ему суща» (как и в Лаврентьевской летописи). Таким образом, одна запись определяет Олега но князем, а другая — родственником князя или, вернее, определяет принадлежность Олега к роду Рюрика. В Новгородской первой летописи, где отразились более ранние источники, чем «Повесть», Олег тоже назван не князем, а воеводой при взрослом князе Игоре. В последующих статьях «Повести» Владимирского летописца Олег действует, как и по данным других списков этого памятника, в роли князя.

Новые »