К ВОПРОСУ О СЛОЖЕНИИ ГАЛИЦКОЙ АРХИТЕКТУРНОЙ ШКОЛЫ

В начале XII в. возводятся первые кирпичные храмы в Суздале и Смоленске — городах, ставших к тому времени столицами самостоятельных княжеств. В то же время разворачивается монументальное строительство в Новгороде, которое во всех случаях велось в соответствии с киевскими архитектурными традициями и даже, очевидно, с участием киевских мастеров. Это и понятно: инициатором строительства в большинстве случаев был Владимир Мономах — князь, теснейшим образом связанный с Киевом. В таких условиях формирование самостоятельных архитектурных форм и сложение местных школ зодчества происходили медленно, поскольку даже местные строительные кадры были воспитаны на киевских традициях. Дальше всего по пути сложения собственных архитектурных форм в начале XII в. пошли, пожалуй, новгородские зодчие, но и в их творчестве еще очень велико влияние киев-ской архитектуры.
Не так сложилась обстановка Bt Галицкой земле. Здесь разрыв с киев-ской строительно-технической традицией был резким и решительным. По существу это было сложение первой на Руси локальной архитектурной школы, видимо мало связанной с Киевом. Перемышльский киязь, не имея собственных мастеров-строителей, вынужден был обратиться за зодчими в Польшу, где в то время уже получила широкое развитие романская архитектура. Впрочем, могло быть и иначе — Володарь мог захватить каких-либо романских зодчих во время одного из походов на Польшу или же привезти их в Перемышль после возвращения из польского плена.
В последние годы в Перемышле начались систематические археологические раскопки, в процессе которых уже вскрыты остатки нескольких древних каменных построек. Одну из этих построек, расположенную в центре перемышльского замка, автор раскопок А. Жаки считает церковью, построенной князем Володарем. Здание плохо сохранилось, но том не менее его доследование и публикация несомненно дадут возможность обсуждать вопрос о сложении галицкой архитектурной школы более детально и конкретно.

К ВОПРОСУ О СЛОЖЕНИИ ГАЛИЦКОЙ АРХИТЕКТУРНОЙ ШКОЛЫ

В каких же условиях могли проникнуть в русскую архитектуру романские формы? И когда начала складываться самостоятельная галицкая архитектурная школа? Известные нам памятники не дают ответа на эти вопросы, поскольку даже самый древний из этих памятников — Успенский собор — относится лишь к середине XII в., а более древние постройки пока не обнаружены. Между тем о наличии таких, более ранних построек можно найти сведения в письменных источниках. Так, польский хронист Ян Длугош, отмечая под 1126 г. смерть князя Володаря Ростиславича, записал, что князь этот был похоронен в Перемышле в церкви св. Иоанна, которую он сам основал. При описании Перемышля Длугош отметил там замок и церковь в замке, построенную из тесаного камня. По-видимому, в обоих случаях упомянута одна и та же церковь, так как вероятнее всего, что князь Володарь был похоронен в церкви, стоявшей в замке (т. е. в детинце) , а не на посаде. Это предположение подтверждает запись Длугоша о том, что соборная церковь, построенная из тесаного камня в перемышльском замке, находилась в руках русского духовенства до 1412 г., когда по распоряжению короля Владислава она была передана католикам. Таким образом, на основании сведений, сообщаемых Длугошем, можно прийти к выводу, что древнейшей постройкой галицкой архитектурной школы была белокаменная церковь Иоанна в Перемышле, построенная в первой четверти XII в.
Это время на всей русской территории характеризуется заметным усилением монументального строительства. Ранее, вплоть до конца XI в., вся строительная деятельность в основном сосредоточивалась в Киевской земле и соседнем с нею Переяславле.

К ВОПРОСУ О СЛОЖЕНИИ ГАЛИЦКОЙ АРХИТЕКТУРНОЙ ШКОЛЫ

Среди русских архитектурных школ XII—XIII вв. одной из наиболее своеобразных несомненно является галицкая школа. К сожалению, памятники древней галицкой архитектуры дошли до наших дней в крайне незначительном количестве. Над поверхностью земли сохранилась, да и т© лишь па половину первоначальной высоты, только одна церковь Пантелеймона близ Галича. Археологическими исследованиями были обнаружопы фундаменты и нижние части стен еще ргескольких построек. В особенности существенные материалы получены раскопками, проведенными в сравнительно недавнее время. На городище в с. Крылос обнаружен фундамент центрального храма древнего Галича — Успенского собора. Раскопаны остатки церкви в Василёве, церкви Ильи Пророка в Галиче, церкви у с. Побережье. Обнаружены остатки фундаментов церкви в Звенигороде. Сведены материалы более ранних раскопок в Холме.
Конечно, развитие галицкой архитектуры нам известно пока еще очень плохо. Незначительное количество и очень плохая сохранность дошедших до нас памятников не позволяют дать достаточно полную общую характеристику этой архитектурной школы. Однако не вызывает сомнения одна, наиболее заметная особенность памятников галицкой архитектуры — наличие в них романских элементов. Многие архитектурные формы и детали галицких построек — базы, капители, профили — имеют чисто романский характер., Более того, сама техника кладки из тесаных блоков белого камня, совершенно чуждая архитектуре Киевской Руси, также несомненно имеет романское происхождение.

К ВОПРОСУ О СЛОЖЕНИИ ГАЛИЦКОЙ АРХИТЕКТУРНОЙ ШКОЛЫ

Монументальная архитектура единого государства — Киевской Руси — имела более или менее единообразный характер на всей русской территории. Конечно, зодчие не могли не учитывать возможности использования местных строительных материалов, климатические условия, наличие и отсутствие в различных районах Руси кадров строителей. Все это придавало постройкам Киева, Чернигова, Полоцка, Новгорода определенное своеобразие. Однако основные строительно-технические и композиционные приемы на всей Руси в ту эпоху были едиными.
Процесс феодального дробления Древнерусского государства, начавшийся уже во второй половине XI в., оказал существенное влияние на дальнейшее развитие русского монументального зодчества. В княжествах, получивших политическую самостоятельность, начали слагаться локальные архитектурные школы. Ко второй половине XII в. русская архитектура уже представляла собой совокупность ряда школ, в большей или меньшей степени отличавшихся одна от другой. Поскольку монументальное зодчество было обычно связано с заказами княжеского двора и церкви, сходство и различия в архитектуре, как правило, довольно точно соответствовали политическим и церковно-административным отношениям между различными русскими землями. Б. А. Рыбаков совершенно справедливо отметил, что «рассмотрение памятников архитектуры второй половины XII в. может явиться хорошей иллюстрацией политических группировок средневековой Руси». Именно поэтому детальное изучение исторической обстановки является совершенно необходимым для понимания процессов развития древнерусской архитектуры, и, наоборот, изучение памятников архитектуры часто дает важные сведения о происходившей в ту пору политической и идеологической борьбе.